Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
ПРАЖСКИЕ БУКЛЕТЫ
 
На моем столе лежит груда разноцветных буклетов, привезенных из Праги. Полмесяца тому закончилось мое путешествие. Схлынули эмоции, растворились в череде будней, и долгое послевкусие уже прошло; давно пора убрать буклеты, спрятать их, но то ли не доходили, то ли не поднимались руки. И теперь я перебираю их - и вспоминаю.

Первой пусть будет рекламка, где под названием спектакля 'Cismonda' изображена Сара Бернар - рыжекудрая дива в бледном венке, облаченная в богатые, шитые золотом, тяжело ниспадающие вниз одежды, держащая в руке символ славы - пальмовую ветвь. На подножии, на котором стоит прославленная актриса, написано: 'Theatre Renaissance', и совсем мелко, деловитым шрифтом 'Imprimeries Lemercier, Paris'. Париж начала двадцатого века - уже века ушедшего. На обороте приглашение посетить выставку избранных произведений мэтра сецессионизма, мастера 'арт нуово' Альфонса Марии Мухи - а я и не знала о его втором имени. Староместская площадь, 15; Прага,1.

На площадь в первый свой пражский день я вышла случайно, повинуясь интуиции. Был хмурый, серый, сырой день, небеса то и дело разражались очередным влагоизвержением. Дома в такую погоду обычно сидишь дома, но как жаль терять даже час туристу, особенно если ты приехала на три дня! И я бодро топала среди туристов в ярко-желтых дождевиках, прикрывшись старым зонтом, по блестящим, свежевымытым булыжникам вперед, вперед, куда? туда, где высокие шпили старинных соборов уткнулись в акварельно-сизые тучи, туда, где таятся сокровища старого города, ради которых я приехала сюда. Вышла к сокровищам, увидела огромную вывеску 'Альфонс Муха' и поверила, что Прага действительно мистический голос: то, чего я так сильно хотела, что планировала непременно посетить, открылось мне само.

Не музей, а выставка - все равно. Плачу симпатичной девушке у входа и поднимаюсь по ступеням. Выставка небольшая, 7 или 8 залов, таких теплых по сравнению с сырой улицей. Львиную часть экспозиции составляют плакаты, наброски и рекламная продукция Мухи - обертки для конфет, этикетки для винных бутылок и прочая. Фантастические, волшебные времена, когда реклама могла быть высоким искусством. Конечно, это уже опошление, это низведение музы до уровня ярмарочного зазывалы; впрочем, если муза в былые времена могла быть наложницей в гареме или дворцовым прихлебалой, то почему бы ей не поработать на благо торговли? Но как был феноменально трудоспособен этот человек! Все эти бесчисленные завитки, каскады декоративных элементов он рисовал сам, с невероятным терпением и тщательностью. Пусть упрекают Муху в декоративности - под его кистью эта декоративность становится самоценностью.

В нескольких залах представлены открытки конца 19-го и начала 20-го века, выполненные Мухой и отправленные из разных мест (многие - из Парижа). Когда я хорошенько пригляделась к открыткам, они поразили меня до глубины души, так что я даже простила отсутствие главных работ. Открытки не похожи на современные, карточка делится на две части: слева - рисунок, справа - текст послания. Мелкие строки, написанные разными людьми, которых давно нет на свете и от которых осталась только одна память - эта открытка. Выцветшие от времени строки рядом с картинкой Мухи, имеющей художественную ценность, превращают открытки в своего рода куски янтаря, который дорог и сам по себе, но становится воистину бесценным из-за застывшего в нем времени.

Одно послание я прочла и поняла, хоть оно и было написано по-чешски. На открытке, отправленной из Парижа, было всего одно предложение: 'Ивон, милая, приветствую тебя из этого современного Вавилона'. И подпись: Хелена. Тезка. Число я не запомнила, а год 98. Но не 1998, а 1898. Кем были эта Хелена и ее подруга Ивон? Куртизанки, студентки, артистки? Или просто мужние жены? Были ли они молоды, смешливы, хороши собой? Ничего не известно, все смыла волна времени. Осталась лишь открытка работы великого художника, и потускневшая строка.

Был ли Париж конца 19-го века истинным Вавилоном? Какие неистовые соблазны, какие утонченности разврата встретила там моя чешская тезка? Или, может, просто попала на представление 'Мулен Руж'?

Сюжет для рассказа, может быть, для стихотворения, но стихотворение не пишется, и я, постояв, прохожу в предпоследний зал, где нет картин, но есть бизнес: там продают открытки и закладки, книги про Муху на 6 языках, панно с репродукциями его работ, ну и путеводители по Праге. В последнем зале сидит в раздумьях перед мольбертом восковой Альфонс Муха. В углу лежит книга отзывов, где все посетители изливают свой восторг. Излила и я, написав банальную, но верную мысль - в стиле тех открыток: 'искусство приподнимает нас над суетой повседневности'. И ведь действительно, приподняло на миг. А в музей Мухи я так и не попала.

Следующий буклет - краткое описание экскурсий по Праге на испанском языке. Взят мною в холле гостиницы 'Дум' совершенно случайно. По-испански я не знаю, тем забавнее натыкаться в черном тексте на 'el Castillo de Praga' или 'en la plaza de San Venceslao' и догадываться через секунду: да это же Пражский Град и площадь святого Вацлава! Меня всегда поражало, как преображаются на чужом языке привычные имена и названия, словно теряя частичку своей сути и становясь чем-то немного иным. Но для кого выпущен этот буклет - не знаю, испаноязычные туристы мне как-то не попадались. Много, очень много итальянцев, и уже какие-то надписи продублированы не на английском, а на итальянском. Итальянцы живые, смуглые, крикливые (точно как в фильмах неореализма) и очень эмоциональные: как радостно они вопили, когда показались фигурки знаменитых часов на Староместской площади! Перед часами за 10 минут до полудня собралась плотная толпа, в основном из итальянцев же, напряженно ждущая маленького зрелища - или маленького чуда. Стоя в этой наэлектризованной толпе, невольно поверишь, что, когда однажды в Неаполе статуя св. Януария не заплакала, разъяренная толпа пронесла ее по улицам и швырнула в залив. Такая эмоциональная публика может :-).

Часто попадаются группы польской молодежи (им и близко, и просто - граница практически открыта), а вот подвыпивших немцев, так раздражавших меня в Будапеште, что-то не видно. Среди других туристов выделяются японцы и корейцы - не в силу численности, а в силу внешнего вида. Мне запомнились две корейские пары: одна - молодая семья, где на животе у мамы в кенгурятнике висел с несчастным видом крошечный детеныш (наши бы с грудным ребенком за границу не поехали), и молодожены, долго сидевшие на скамейке на набережной Влтавы. Он фотографировал ее на фоне Влтавы и Карлова моста (она присела и замерла в сложной позе), потом он поставил фотоаппарат на автосъемку и перед объективом замерли оба. Кореянка была молоденькая, маленькая, тоненькая, худенькая, как девочка-подросток, в джинсиках, с гладкой смуглой кожей и милым личиком; кореец высокий, мускулистый, с волевыми чертами лица и тоже молодой. Симпатичная пара. Несомненно, у этих двух останутся совершенно особые воспоминания о Праге.

Вопреки распространенным стереотипам, опознать наших туристов в пестрой толпе практически невозможно. Ничем - ни поведением, ни одеждой - мы не отличаемся от среднего европейца. Только раз в группе украинских туристов в Пражском Граде мне попалась на глаза умная девица, ради своего кавалера вырядившаяся в туфли на высоких каблуках; все прочие были обуты как надлежит, в кроссовки или туфли на низком. Но слишком много лет мифологическому образу 'нашего провинциала/невежды за границей' (откуда считать? с мятлевской госпожи Курдюковой?), и слишком выгоден он для политических манипуляций, чтобы так легко с ним распроститься.

Забавный штрих: экскурсоводы тургрупп, независимо от погоды, держат в руках яркие, часто желтые зонтики, высоко поднимая их над головами толпы. Стоит экскурсоводу перейти с места на место, и группка туристов бежит за ним, как стая цыплят за мамой-квочкой.

Так, а это что? Англоязычный буклет 'Museum of Communism'. В памяти отчего-то всплывает эпохальное 'убей комми для мамми' - может, потому, что буклет рассчитан на ту же публику. Невиданная экзотика для представителей процветающих демократий, и Сталин на обложке поднимает вверх указательный палец - не то призывая сосредоточиться, не то о чем-то предупреждая. Итак, 'Мечты, реальность, кошмары' - открыты ежедневно с 9.00 до 21.00, по адресу 'Na Prikope,10'. Дополнительный указатель: рядом с 'Макдональдсом'. Музей, названный в честь идеального политического строя - и цели - бывшей сверхдержавы, расположен рядом с воплощением сверхдержавы нынешней. Чертовски символично, как и все в Праге.

Буклет не слишком содержателен, большую его часть занимают фотографии. На одной, черно-белой, занимающей половину буклета, на танк, видимо, советский, обрушивается кусок стены. Жиденькая толпа на переднем плане стоит и смотрит на это зрелище. Подпись: 'Дважды мы встречали советские танки со слезами на глазах. Танки были те же самые, но слезы разные:' Жаль, что они не знают Твардовского: 'Что делать мне с тобой, моя присяга? Как описать, как рассказать о том, Как в сорок пятом нас встречала Прага, И как встречала в 68-м?' - очень, очень было бы кстати.

Вечное предупреждение сначала советским, а потом и постсоветским туристам: 'они' 'нас' не очень-то любят. Даже совсем не любят. Незабудемнепростим. Апокрифические рассказы то об охваченном патриотической скорбью карловарском чехе, которые сделал русскому туристу такой массаж, после которого тот встать не мог, но не роптал - ибо ощущал неискупимую вину!; то об официантах в кафе, обсчитывающих соплеменников проклятых оккупантов из высоких соображений. Ой как страшно! - но в свете реальности байки и легенды тают, как туман над Влтавой в лучах солнца, и с легким недоумением (все же обманутые ожидания) убеждаешься: ничего нет. Никто не набрасывается на говорящих по-русски, и глаза не пылают ненавистью. Наоборот, многие продавцы в сувенирных магазинчиках и официанты в кафе понимают и пытаются говорить по-русски. При желании можно увидеть ущемление национального достоинства в малочисленности рекламных буклетов на русском языке, но как-то не хочется. Нам больше нечего делить - и слава Богу.

Возможно, англоязычных туристов в Праге любят больше, чем русскоязычных, даже наверное больше; но кто знает, не влияет ли на любовь размер ожидаемой прибыли? Во всяком случае, цены на экскурсии, предлагаемые буклетом 'Daily walks of Prague' наводят на такие мысли. Двухчасовая прогулка по Праге без катера - 350 крон, с катером - 550 крон со взрослого носа (со студенческого на 50 крон меньше). Полуторачасовая прогулка по Еврейскому кварталу - 350 крон без осмотра интерьера Староновой синагоги, 550 - с осмотром. Нет, они таки антисемиты :-);. Полтора-два часа поплавать по Влтаве на речном теплоходе - 390 крон, а я поплавала час за 150 крон на катере и вполне довольна. А загадочный 'трамвай призраков' меня заинтриговал по-настоящему. Вот одна из многих его рекламок: на черном фоне белые буквы 'Ghost trail'. У-у-у, мороз идет по коже, и на канализационном люке посреди пражской мостовой какая-то фигура, отдаленно смахивающая на Чарли Чаплина, взмахивает руками. Текст на обороте справа украшен орнаментом из выясняющих отношения скелетиков.

Майнринк? Кафка? Да нет, очередной аттракцион для туристов. Ежедневно в 19.00, 20.30 и 22.00 трамвай увозит доверчивых туристов в потусторонний мир. Предвкушая острые ощущения, они занимают места, раздается звонок, трамвая устремляется в вечерний туман - и возвращается через час пустой. Куда делись туристы - неизвестно. Больше их никто не увидит. И так каждый день 365 дней в году трамвай отвозит и отвозит туристов в некуда, а они все прибывают и прибывают, и невозможно избавиться от этой надоедливой сволочи. Шучу, конечно. Все это мои фантазии, а в чем конкретно заключается экскурсия, рассказать не могу, т.к. пожалела 300 крон. Хочется верить, что после 250, или 300, или 350 грамм одного из алкогольных напитков, входящих в программу, кому-то действительно удается увидеть призрака.

'La Traviata. Giuseppe Verdi'. Великий композитор в цилиндре и грязно-белом кашне, завязанном по-детски под подбородком, смотрит стальными глазами вдаль. Над правым его плечом - силуэт дамочки в шляпке с пером. Кажется, я взяла этот буклет в Информационном центре Пражского Града. Или в холле гостиницы. Не помню. Помню, что весь город был обклеен рекламными плакатами, призывающими посетить самую романтическую оперу Джузеппе Верди, что дало повод для невольной гордости: ну-ну, спешите, а мы эту оперу уже много раз слушали во Львовском оперном театре :-). Внутри буклета фотография театра. Дежа вю: Пражский оперный театр: пардон, 'дивадло на Виноградех', здорово смахивает на Львовский оперный театр. Не копия, конечно, но похоже. В четырех предложениях на чешском, английском, немецком, французском, итальянском, японском и русском языках изложены причины, по которым стоит выложить 1200 крон за место в партере (что это я все о деньгах да о деньгах? Стыдно, матушка!). 'Наиболее романтическая опера Джиусэппэ Вэрди. Славная и увлекательная история Альфреда и Виолетты'. М-да, если на японском писал человек, также владеющий языком, я не завидую потомкам самураев. Хорошо хоть знаем мы все про Виолетту и Альфреда, а также проАльфонсину (Мари) дю Плесси и Дюма-сына и без буклета :-).

'Крижиковы фонтаны'. Соблазнительное описание программ. Премьеры 2005 г.: 'Время моей любви', 'Время любовников', 'Атлантида', 'Самые известные темы из романтических симфоний', 'Любовь и смерть в музыке к кинофильмам'. Когда я только готовилась к поездке и рылась в Сети в поисках информации, на одном форуме мне попался коммент женщины, которой повезло созерцать шоу воды и света под пение Сары Брайтман живьем (сколько раз я прокручивала ее 'Гарем' - и все не надоело!). Завидую ей самой белой завистью и со вздохом откладываю буклет: в следующий раз.

Туда же откладываю буклет театра 'Laterna magika'. Проходила мимо театра, и только. Все-таки три дня для Праги - непростительно мало. И еще одна ошибка, правда, независящая от меня - гостиница если не на окраине, то в спальном районе.

Ничего плохого о гостинице 'Дум' я сказать не могу: типичный проект времен развитого социализма. Экономный сервис: мыло еще дают, но одноразовый шампунь в пакетиках признан излишеством. Надтреснутый разбрызгиватель душа, микроскопические дырочки на тюле в гостиной, и немало позабавившая меня надпись на картонке с информацией: 'Maria Babiano putana!' Какая-то пылкая латинская душа излила свои чувства, обессмертив - на две недели, пока горничная не заметит - некую Марию. Что там у них сталось? Неужто изменила с другим итальянцем из тургруппы? Гостиница 'Дум' - чудесный вид из окна (красные крыши и синеватые горы на горизонте) и скудный шведский стол, возможность знакомства с жизнью спального квартала и разными видами транспорта: автобусом, метро.

Ничего плохого о 'Думе' я не скажу, но и ничего хорошего тоже. До центра нужно добираться минимум 40 минут, да обратно столько, и теряешь в итоге бесценных два часа. Знакомство с ночной жизнью города становится проблематичным, хотя в Праге есть и ночные трамваи, и ночные автобусы. Не случайно так пустынно в коридорах 'Дума': все постояльцы спешат прочь отсюда, из скучного спального района; здесь люди останавливаются только для того, чтобы переночевать.

Какая жизнь в пражском спальном квартале? Обычная, как и везде. Девушка торгует сумками и спортивной одеждой под навесом возле автобусной остановки. Сумки ничего, цены такие же, как и у нас. В супермаркете с неожиданно дешевым (вдвое дешевле, чем в Украине) итальянским виноградом потасканный немолодой мужичонка покупает пиво, но расплачивается не деньгами, а какими-то талонами - видно, безработный. Напротив супермаркета в пивнушке на открытом воздухе до позднего вечера не смолкает гам: какие-то люди пьют за столиками, отмечают свои, не имеющие государственного значения радости или заливают сугубо частную печаль. Если пройти минут десять, наткнешься на 'Макдональдс' с неожиданно высокими ценами (поесть там не дешевле, чем в итальянской пиццерии в центре города). Вечерний Макдональдс малолюден: пришел отец с двумя детишками (у девочки чудные пепельные волосы) да стайка молодежи, и девушка-кассирша кокетничает с каким-то парнем, видно, постоянным посетителем. Столики на улице более многолюдны: там сходка каких-то крутых ребят, а может, и прикидывающихся крутыми.

Пражский общественный транспорт отличается от львовского в лучшую сторону чистотой и соблюдением графика. Расписание движения на остановках вывешено не ради формальности: автобусы подъезжают каждые 15 минут. Но цены кусаются: самый дешевый билет на все виды транспорта стоит 14 крон (продолжительность проезда - 20 минут). В предпоследний день я устроила себе самую дешевую обзорную экскурсию по Старому городу, покатавшись на трамвае: а вот и он - буклет трамвайного управления г. Праги. Ценен наличием карты со всеми маршрутами общественного транспорта и прочей полезной информацией, например, изображением проездных или картинкой, показывающей, как надо вставлять билет для компостирования. Пражскому трамваю 130 лет - что ж, за это время он прочно прижился в городе.

Метро, конечно, моложе. Пражское метро - сугубо функциональное, без затей и украшений. Если и есть какие-то росписи, то скорее смешные, нежели имеющие эстетическую ценность, как, например, рыбы, моллюски и водоросли, которыми расписаны стены перехода, по-моему, на станции 'Качеров'. Но зато ж/д вокзал расположен прямо на станции метро 'Hlavni nadrazi', и это, конечно, очень удобно.

В кафе на вокзале я поужинала перед отъездом, и, кстати, это была самая дешевая из всех моих трапез. Кафе наверху, на втором (или третьем?) этаже, к нему надо подниматься по ступенькам. Интерьер эпохи модерна, и о том же времени напоминают расставленные репродукции Мухи. Маленькие столики вокруг круглого лестничного пролета, пальмы, огромная порция кнедликов - наконец-то я познакомилась с чешской кухней! Полукружья кнедликов - это аккуратно нарезанный один огромный шар из картошки, фаршированной мясом. Рядом - насыпанная щедрой рукой порция квашеной капусты. Вкусно, сытно, но тяжело для желудка, и буквально просит пиииива!

Здесь полагается подробно, со смаком рассказать обо всех сортах пива, но за этим - не ко мне: я к пиву равнодушна и не пробовала ничего, кроме 'Старопрамена'. Хорошее пиво. У нас тоже неплохое. Давайте лучше про более оригинальные напитки: абсент и водку с каннабисом. Абсент и марихуанная водка свободно продается в супермаркете в центре города, в разной таре: от маленьких сувенирных бутылочек до здоровенных литровых. Стою перед витриной, изучаю ассортимент, слышу за спиной какой-то англоязычный голос: 'О, абсент.. Ван-Гог!' Вот она, победа глобализации: у самых разных людей один и тот же продукт вызывает одни и те же ассоциации. Полная унификация мышления: я тоже вспоминала Ван-Гога.

Не знаю, правда, как употреблял сие зелье великий художник, но мне абсент не пошел. Уже дома я приготовила его классически: смешала с водой, добавила сахару и: и напрасно я опасалась наркотической эйфории: не то что эйфории, вообще ничего нет. Не действует. Не судьба мне написать новые шедевры, и зря я в 7-м классе целую четверть ходила в художественную студию. Но неугомонен человек, безнадежно упрям в своих надеждах, и я, разочаровавшись в абсенте, порой с грустью думаю: может, надо было взять водку с каннабисом? :-)

Отвлекаясь от несбывшихся надежд, беру в руки следующий буклет, с красивыми белыми теплоходами на фоне мостов. 'Evropska vodni doprava Praha'. Правда, катера под названием 'Регина', на котором плавала я, в буклете нет, а зря. Прогулка на нем по Влтаве - одно из наиболее приятных воспоминаний.

Мы редко можем в точности датировать зарождение наших страстей, но моей страсти - плавать по рекам - повезло. Я точно знаю, когда она зародилась: в начале мая 1996 года, когда я, впервые оказавшись в Киеве, решилась на прогулку по Днепру. Людей на теплоходе было мало, а начавшаяся гроза и вовсе загнала их в трюм; но как прекрасна была радуга, вставшая потом над днепровскими водами! Радуга над рекой, свежий ветер и юность - так это и осталось. С тех пор, если в городе, который я посещаю, есть река, я непременно стараюсь проплыть по ней. Исключением стала Москва-река; но Дунай, Нева и Влтава - в моем списке. Плавала я и по днепровскому лиману :-), и очень понимаю русских купцов, обожавших застолья на пароходах в стиле незабвенного 'Жестокого романса'. Но возвращаюсь на Влтаву.

'Региной' управляла блондинка-капитан в нарядной белой форме, а предлагал напитки юноша-официант с серьгой в ухе. Оба работали на совесть, несмотря на перевернутые с ног на голову традиционные гендерные стереотипы. Желая поддержать малый бизнес, я заказала 50 грамм сливовицы, которую выпила медленно, по-европейски в течение часа. Благодаря сырости и влажности сливовый самогон не вызвал ни малейшего опьянения, а лишь только поднял настроение. Хорошо медленно плыть по реке, пусть даже ее воды мутны, рассматривать здания на набережных под бойкий голос из громкоговорителя, рассказывающий о памятниках архитектуры на всех языках, кроме русского, проходить под арками мостов, махать рукой пассажирам других скорлупок - а их на Влтаве видимо-невидимо. А еще на реке живут жирные чайки, маленькие утки и лебеди.

Что там еще осталось? Рекламный проспект музея Франца Кафки, карта города и даже не буклет, а маленькая брошюрка, соединенная посередине скрепками - реклама фирмы 'Bohemia Travel Service'.

Кафка в Праге популярен, если судить по рекламе, популярнее и Гашека, и Чапека, не говоря уже о Божене Немцовой (кто помнит прекрасную киносказку 'Три орешка для Золушки'? Это по ее книге :-)). На Златой уличке дом ?27, где он жил пару месяцев, украшен мемориальной табличкой, и каждый турист считает священным долгом сфотографироваться рядом с ней. Табличка как табличка, но сама Злата уличка - самый двусмысленный из всех туристических аттракционов. Вот уж воистину: имидж все, а жажда ничто.

Начнем с того, что смотреть на Златой уличке абсолютно нечего. Ша, спрятали помидоры обратно: если я говорю, что нечего, значит, действительно не залюбуешься :-). Представьте себе узенькую и коротенькую уличку, застроенную слева приземистыми двух- и трехэтажными домиками, напоминающими полным отсутствием архитектурных излишеств домик Тыквы из сказки Джанни Родари. Ну, понятно, что они очень старые и все такое, и номера просто написаны от руки на фасаде, и мощена улочка камнем, но все равно нет ожидаемого экстаза, которого ждешь еще и потому, что за променад заплачено. Просто так на Злату уличку не зайдешь, ни фига: пожалуйте в кассу. Дама-контролер в нитяных перчатках у входа любезно улыбнется, проверит билет и пропустит через турникет. Экскурсия началась.

На уличке больше туристов, чем достопримечательностей. Одна из них - музей средневекового оружия. Оружие, может, и интересное, но в низеньких средневековых залах, во-первых, темновато, во-вторых, неимоверно душно. Они явно не рассчитано на такое количество людей, и уж подавно не рассчитаны на него крутые винтовые лестницы, по которым поднимаешься в черепашьем темпе, упираясь взглядом в чей-то зад. Еще хуже, когда часть людей поднимается, а часть спускается: приходится худеть на ходу и втискиваться в стену. Так, быстренько пробежали по музею, вышли из других дверей, и начинаем прогулку по историческому месту. Главное, ни на кого не наступить и не толкнуть.

На первом этаже домиков - сувенирные лавочки с уже знакомым ассортиментом; на втором, может, и живут привидения, но проникнутся мистическим настроением невозможно: слишком много народу. И только в пустой башне Далиборке (небось, томившийся в ней бедняга и не подозревал, что благодаря заключению войдет в историю) начинаешь чувствовать что-то, отдаленно похожее на прикосновение к Времени: эта паутина в углах ступеней - не в пятнадцатом ли веке она залегла? Недосмотр музейного персонала вырастает, как соринка под микроскопом, превращается в метафору, приклеивается намертво к сознанию и порождает странные вопросы.

А какие вообще у этого города отношения со Временем? Почему в нем так много часов? Старинные и современные, на каждом перекрестке, на каждой улице? И почему среди сувениров так много марионеток? Марионетки - дамы в кринолинах и персонажи кукольного театра; марионетка-раввин и марионетка-клоун. Не уверяйте меня, что это случайность: даже если и так, душа города и genius loci говорят с нами языком этих случайностей. Мы - марионетки времени, или тот, кто знает Тайну, сможет превратить Время в свою марионетку? И каким образом Атанасиус Пейрат, подойдя к дому ?13, обычному приземистому дому на Златой уличке, увидел волшебный дворец и райский сад?

:На Злату уличку надо приходить в полночь и одному. Иначе ничего не получится. Но ночью вход закрыт; тоже, видимо, неслучайно.

Если буклеты и рекламки свежие и нетронутые, то карта уже потерлась по сгибам. Немудрено, я активно пользовалась ею. А когда заходила в тупик, то помогали добрые люди: то женщина с кошелкой помидоров-сливок, которая минут десять вела меня к Карлову мосту, то полицейские, дежурившие у патрульной машины, то продавцы в магазинчиках, то случайные прохожие. Глядя на карту, я вспоминаю, как много я успела увидеть. И как многое осталось неузнанным. Но эти неожиданные названия улиц: Украинская, Крымская, Харьковская, Севастопольская - разве не звучат как обещание новой встречи? Когда-нибудь я вернусь сюда, и наверстаю все упущенное. Будет и 'Латерна магика', и Кржижиковы фонтаны, и все экскурсии из брошюрки: и замок Карлштейн, и замок Конопиште, и Карловы Вары. А пока я собираю буклеты, подарившие - напоследок - несколько часов приятных воспоминаний, и прячу их в ящик стола. До следующего отпуска.
 
Rambler's Top100 List.ru - каталог ресурсов интернет